Что надо знать о ЦЕФУНГИ
Фрагмент выступления на семинаре «Алгоритмы диагностики» школы Целенаправленной Функциональной Гимнастики (ЦЕФУНГИ) 19 мая 2024, Минск.
Диагностика, равно как и любое исследование, а тем более, исследование научное, в основе своей полагает выведение предмета исследований и его формализацию. Нет предмета → нет цели → нет результата.
Каков же предмет диагностики (и терапии, кстати) ЦЕФУНГИ? Чтобы ответить на этот вопрос, давайте пойдём от общего к частному.
Каков общий предмет интересов каждой из помогающих дисциплин? Что нас всех (массажистов, остеопатов, кинезиотерапевтов и мануалов) объединяет? Позвольте предложить операциональный вариант ответа: боль.
Люди идут к помогающему специалисту, чтобы избавиться от боли. Боли в настоящем, здесь и сейчас, непосредственно в теле. Боли прошлой, памяти о боли, если угодно, вокруг которой выстроились защитные компенсации, причиняющие дискомфорт. Боли будущей, когда человек ощущает предел своих физических кондиций и он боится возможной травмы…
Боль! Но работать с болью можно по разному. Какие подходы можно выделить при решении этого вопроса различными дисциплинами?
Первый подход, назовём его «медицинским», т. к. он присущ именно официальной, аллопатической медицине, воспринимает боль как врага. Врага, подлежащего немедленному уничтожению, экстерминатусу, максимально быстрому и эффективному. Используя любые средства вплоть до оперативного вмешательства и искусственной комы. Европейский массаж и классическая остеопатия, которые были созданы медиками для решения именно медицинский задач, в значительной степени восприняли именно этот подход.
Второй подход обозначим как «спортивный», хотя присущ он не только спорту, но и физкультуре и wellness-индустрии в целом. Для этого подхода характерно восприятие боли как препятствия. Препятствия, которое необходимо преодолеть. Сцепить зубы, продолжить тренировки, перетерпеть боль и получить некий результат. В рамках «спортивного» подхода существуют лечебная физкультура и весь набор кинезетерапий, включая методику Бубновского.
Для перехода к третьему подходу необходимо сделать небольшое отступление. Успехи фармакологии в вопросах оперативного обезболивания в середине XX века поставили массаж и остеопатию в крайне невыгодное положение. И в самом деле, ни одно мануальное воздействие не сравнится по обезболивающему эффекту с таблеткой банального анальгина. Каждая из дисциплин решила вопрос самосохранения по-своему. Остеопатию ушла в муть кранио-сакральной эзотерики, полностью выйдя за рамки научного осмысления. Массаж, в свою очередь, сместился в область СПА, для которой характерно появление боли в фокусе внимания лишь в результате технической ошибки оператора. Можно назвать этот подход «игнорирующим» или «избегающим», потому как, очевидно, это не решение проблемы, а попытка избежать её решения. Налицо был провал манипулятивных методик.
Выход из сложившегося тупика неожиданно предоставила изгнанная за пределы официальной медицины хиропрактика. В конце 60-х годов прошлого века хиропракт Джордж Гудхарт основал прикладную кинезиологию, которая постулирует связь мышечного напряжения с дисфункциями тех или иных структур и систем организма. При этом подходе боль воспринимается не как самостоятельное явление, а как внешнее проявление некой дисфункции. По сути, можно сказать, что боль является лишь указателем, ссылкой на истинную проблему. Топографически и темпорально дисфункция и её проявление могут совпадать или не совпадать, но предметом исследований и воздействий при таком подходе становится именно дисфункция, а не её внешняя манифестация.
Как несложно убедиться, система взглядов ЦЕФУНГИ целиком и полностью соответствует «кинезиологическому» подходу. Что порождает немалые затруднения при освоении приёмов диагностики и терапии, свойственных ЦЕФУНГИ, особенно с учётом навязчивой пропаганды воззрений прикладной кинезиологии.
Несмотря на принадлежность к одному подходу и на известное совпадение приёмов и манипуляций, концепции прикладной кинезиологии и ЦЕФУНГИ имеют важное, я бы даже сказал, принципиальное отличие.
Дело в том, что прикладная кинезиология, так же как и её прародительница — хиропрактика, изначально имели структуру распределённой сети практиков, в которой мнение одного исследователя не являлось обязательным для деятельности другого. Общие указания на связь мышечного напряжения и дисфункций, оставленные Гудхартом, были слишком общими и категорически неполными. В результате каждый из исследователей достраивал свои связи между причиной и указателем, в меру своего понимания и текущей практики. Одна и та же мышечная дисфункция у Гудхарта будет объясняться повреждением энергетического меридиана, у Девида Лифа — нестабильностью таза, у Васильевой — брызжейкой, а у Круглова — эмоциональной травмой. Используя терминологию теории баз данных, можно сказать, что прикладная кинезиология пришла к построению связей «один-ко-многим»: одно напряжение — много причин. Выбор же между каждым из вариантов осуществляется конечным исполнителем волюнтаристически или вообще случайным образом.
В системе ЦЕФУНГИ изначально присутствовала в качестве основоположения научная теория, не допускающая разночтений и толкований. Речь о теории построения движений Бернштейна и, в частности, об уровнях построения движений. Для появления любой мышечной дисфункции, за исключением очевидно-патологической, необходимым условием является нарушение мышечного тонуса, т. е. дисфункция уровня A. Уровень A не осознаётся человеком и проявляется только в синергичных движениях уровня B. Которые, в свою очередь, обеспечивают возможность движений более высоких уровней.
Структурно и функционально уровень A реализуется преимущественно в скелетных мышцах глубокого залегания, постуральных мышцах, обеспечивающих вертикализацию тела. Совокупно с управляющими и воспринимающими структурами эта система известна как «система глубокой стабилизации тела». Именно она является предметом исследований ЦЕФУНГИ. Именно из дисфункций глубокой стабилизации проистекает большинство (если не все) внешних проявлений соматических расстройств. Именно успешное воздействие на эту систему позволяет устранить эти проявления или, как минимум, существенно снизить их интенсивность. В этом отношении очевидно, что ЦЕФУНГИ использует схему «многое-к-одному», т. е. различные проявления, в том числе болевые, референсируют к системе глубокой стабилизации.
Можно резюмировать, что ЦЕФУНГИ видит свои предметом не боль, как таковую, а мышечную дисфункцию, причём дисфункцию, в первую и основную голову — глубокой стабилизационной системы (уровня A), проявленной в синергичных движениях корсетной мускулатуры (уровень B). И пусть эта жёсткая формализация в некоторой степени ограничивает нас, как исполнителей, зато позволяет избежать ложного расширения сферы применимости, о которую споткнулись и массаж, и остеопатия, и прикладная кинезиология.